Поиск по сайту

ГлавнаяИсторииДневникиЗаписки невесты программиста (Алекс Экслер).

Записки невесты программиста (Алекс Экслер). - Подача заявления

Рейтинг:   / 5
ПлохоОтлично 

Глава 13. Подача заявления.

После внушительного сватовства, с таким блеском произведенного Сергеем, ситуация странным образом как бы зашла в тупик. Уже и моими родителями, и нами с Сергеем предполагалось, что мы поженимся, но никто не совершал дальнейших телодвижений. Я это все несколько недель терпела, но затем решила, что пора предпринимать активные шаги или хотя бы выяснить ситуацию, поэтому в один из выходных отправилась беседовать с папулькой.

Долго его искать по квартире не пришлось, потому что у папульки в этом доме всего четыре точки присутствия: или, пардон, туалет, где он просиживает часами, изучая прессу и сводные таблицы ситуации на рынке ценных бумаг, или кухня, где он может находиться часами, рассказывая мамульке последние сплетни с работы, или спальня, где он спит под звуки стрельбы, доносящейся из телевизора, либо его рабочий кабинет, где папулька работает в игру "Lines" или, на худой конец, в "Тетрис". Причем по игре определяется его настроение. Если на экране торчит картинка с "Лайнсом" - это значит, что у папульке вполне хороший настрой. Если же он, чертыхаясь, укладывает фигурки на дно стакана в "Тетрисе" - это означает, что папулька чем-то раздражен. В особо тяжелых случаях, когда у него какие-то неприятности на работе, папулька насупливает брови и играет в "Doom", метко всаживая пулю за пулей в лоб всяким монстрам, которых он называет именами своих конкурентов. Причем "Doom", несмотря на то, что эта игра уже давно устарела, он не желает менять на что-нибудь более современное, говоря, что только в этой игре создатели достигли такого потрясающего сходства лиц монстров с Дуклиным из фирмы "Аякс", Нечипоренко из фирмы "Кладезь" и хитрющим Панкратовым из враждебно-дружественной фирмы "Люкс".

В тот момент, когда папулька играет в "Doom", к его комнате лучше и за километр не подходить, потому что на любые вопросы папулька отвечает сквозь зубы: "Будьте любезны, изложите свою просьбу в письменном виде и передайте ее моей секретарше Алле Сергеевне". Причем отвечает так он даже на мамулькины просьбы, которая за упоминание имени Аллы Сергеевны в нашем доме может убить. Но папулька в таком состоянии сам убьет кого угодно, что хорошо знают все монстры и мы с мамулькой, поэтому его лучше оставить в покое.

Но сегодня, к счастью, папулька был в прекрасном настроении и увлеченно резался в свой любимый "Лайнс", возбужденно крича на всю квартиру, когда ему попадался квадратик не того цвета, на который он рассчитывал.

- Папа, - сказала я ему, подойдя к компьютеру и нажав на кнопку "Pause", чтобы затормозить игру.

- Что такое? - недовольно спросил папулька, одним глазом кося на монитор, чтобы воспользоваться моментом остановки и сразу прикинуть, куда рассовать падающий столбик с разноцветными квадратиками, а другим глазом выражая свое неодобрение попыткам помешать ему в тот момент, когда он "работает у себя в кабинете".

- Папа, - повторила я. - Ты помнишь, что к нам недавно приходил мальчик, который просил моей руки?

- Помню, - ответил папа нетерпеливо. - К нам приходил недавно мальчик, который просил твоей руки. А я тут при чем? Он же твоей руки просил, а не моей. Так что моя рука до сих пор принадлежит мне и хочет играть в "Лайнс".

- Моей руки он просил у тебя, - терпеливо объясняю я. - И ты ему не ответил отказом.

- Ну да, - согласился папулька. - А что, надо было отказать?

- Нет, - ответила я, - можно было и не отказывать. Меня только другое волнует. С того момента прошел почти месяц, я нахожусь в подвешенном состоянии, а мне никто ничего не говорит. Сергей молчит, как рыба об лед, вы с мамулькой - тоже ничего не говорите...

- Подожди, дочь, а что мы должны делать-то? - в глазах папульки - искреннее недоумение.

- Ну, - замялась я, - например, назначить день свадьбы. Обсудить ее, в конце концов. Вы вообще родители или где?

- Я не понимаю, чего ты суетишься-то? - спросил папулька очень спокойно. - У тебя теперь жених - есть?

- Есть.

- Ну и не нервничай. Раз жених есть, значит он все и решит. Я же не буду за ним бегать с лопатой и орать: "Серега! Назначай день свадьбы, подлец!" У нас семья не что-нибудь... Мы занимаем довольно высокое социальное положение в обществе и ты - наша дочь - не какая-нибудь лахудра-бесприданница. Так что парень должен сам подсуетиться. Этим он себя и покажет. А ты сейчас находишься в помолвленном состоянии, как говорили раньше, так что не беспокойся. Некоторые девушки помолвленными лет пять ходили и ничего. Сдюжили. Так что радуйся и наслаждайся холостой жизнью.

- А-а-а-а, - сказала я. - Поняла. То есть ты не дергаешься из принципиальных соображений.

- Именно, - ответил папулька. - Я знал, что ты въедешь, потом что ты умом пошла вся в меня.

- Мамулька тоже говорит, что мой глубокий ум - от тебя, - мстительно сказала я, - потому что ее - до сих пор на месте.

- Дитя хамит, - глубокомысленно сказал папулька. - Причем не только хамит, но и мешает папе работать. Вывод - пороть ремнем!

- Всех не перепорете, - заявила я, покидая этот негостеприимный кабинет.

- Опа мать! - заорал папулька, запуская "Лайнс". - Опять синий! Ну что ты будешь делать, а?

Я вернулась в свою комнату и стала думать. Ситуация вырисовывалась довольно странная. Разумеется, я вовсе не хотела уж так замуж, чтобы самой форсировать события. С другой стороны, я готова была выйти замуж за Сергея, потому что знала: в моих руках этот парень станет знаменитым! Ну и я вместе с ним заодно. А сейчас получалось так, что Сергей сделал над собой неимоверное усилие и попросил моей руки, папулька сделал неимоверное усилие и ему не отказал, после чего они оба стали почивать на лаврах, совершенно не собираясь что-нибудь дальше делать. И эта ситуация могла продолжаться еще очень долго. Терпеть такое положение дел я не собиралась, поэтому решительно сняла трубку и позвонила Сергею.

- Але, - раздался в трубке заспанный голос моего благоверного.

- Милый, я тебя не разбудила? - фальшиво встревоженно осведомилась я.

- Разбудила, - ответил Сергей и зевнул так, что чуть не проглотил трубку.

- Сейчас, милый, уже одиннадцать часов дня, - саркастично сообщила я. - И почему ты дрыхнешь в это время - не очень понятно.

- А то ты не знаешь, - лениво сказал Сергей, - что программисты часто по ночам работают.

- Знаю я, как они работают, - заявила я. - Или по Интернету шляются, или в чатах сидят, или почту читают.

- Вот и неправда, - горячо заспорил Сергей.

(Я уже давно заметила, что особенно горячо он спорит в тех случаях, когда я попадаю в точку.)

- Я всю ночь новый проект делал, - объяснил он.

- Ладно, - говорю, - проект. Ты мне лучше другое скажи: мы с тобой женимся, или я могу уже начинать рассматривать другие предложения?

На том конце воцарилось потрясенное молчание.

- Не понял, - наконец, сказал Сергей. - Что значит "другие предложения"?

- То и значит, - ласково сказала я. - Ты думаешь, что ты один потрясен моей красотой и умом? У меня в институте таких потрясенных - хоть пруд пруди. С утра до вечера ходят и трясутся.

- Я им потрясусь, - обозлился Сергей. - Я им так потрясусь! Завтра же пойду к тебе в институт...

- Стоп, - говорю я. - Не сомневаюсь, что это будет нечто ужасное, но мы сейчас обсуждаем совсем другой вопрос.

- Какой? - спрашивает Сергей.

Блин, думаю я, неужели все мужики так медленно въезжают? И этот, вроде, еще один из самых сообразительных.

- Сережа, - говорю я мягко. - Ты просил моей руки, или мне это приснилось в кошмарном сне?

- Просил, - отвечает он твердо.

- Тебе мои родители ответили отказом или согласием? - снова интересуюсь я.

- Согласием.

- Тогда будь любезен, назови мне дату того светлого дня, когда мы хотя бы пойдем подадим заявление, - ласково говорю я, - чтобы я знала: успею я за это время за кого-нибудь другого сходить замуж или не успею. Ты не думай, я на тебя не давлю с подачей заявления. Можешь тянуть столько, сколько хочешь. Просто мне надо скорректировать свои планы.

На том конце трубки снова воцаряется молчание. Сергей явно раздумывает. Я тоже жду, и его не дергаю.

- Знаешь что, - наконец, раздается его голос. - Заявление мы с тобой прямо завтра пойдем подавать. А после подачи я загляну к тебе в институт, чтобы посмотреть, кто именно там потрясается. Я лучше их сам потрясу, чтобы они не перетряслись.

- Ну, договорились, - говорю я. - Во сколько встречаемся?

- В три часа дня возле загса на "Речном вокзале".

- Как скажешь, милый, - говорю я, кладу трубку и тяжело вздыхаю. Все-таки, тяжело с этими мужиками. Пока их в нужную сторону подтолкнешь, весь язык стереть можно.

На следующий день встречались, как и договорились, в три часа дня возле загса. Подача заявления - это, конечно, еще не свадьба, но и уже не поход в кино, поэтому я оделась более-менее празднично, накрасилась и вообще - вид имела соответствующий. Девчонки из институтской группы (у меня в этот день были занятия) моментально заметили мое необычное состояние и забросали вопросами. Но я молчала, как партизан. Не потому что боялась сглазить или еще из-за чего-нибудь, а просто не хотелось рассказывать раньше времени, тем более что в Сергее, к сожалению, до конца никогда ни в чем нельзя было быть уверенной.

Лично я на свидание пришла минут на пятнадцать раньше срока, а Сергей - ну конечно! - опоздал. Вот ненавижу эти его опоздания и никогда к ним не могу привыкнуть! Ладно еще, когда он опаздывает, например, в театр (куда, если честно, мы ходили один раз, и я с ним потом две недели не разговаривала... впрочем, это отдельный разговор), но опаздывать на подачу заявления - это уже не просто слишком, а настоящее безобразие!

- Здравствуй, милый! - встретила я его этой ласковой фразой, сказанной таким зверским тоном, что Сергей невольно присел и попятился.

- Э-э-э, привет, - сказал он и криво улыбнулся.

- Ты мне сразу скажи, - ринулась я на него, - на сколько часов или дней ты намерен опоздать на свадьбу. А то, может, и вообще не стоит эти подачи заявления затевать?

- Ир, Ир, постой, не горячись, - совсем испугался он. - Чего ты раскипятилась? Я опоздал, - тут он посмотрел на часы, - ровно на четыре минуты и три секунды. А в пределах Москвы - ну, ты же знаешь - до пятнадцати минут никак не считается за опоздание.

- Да мне наплевать, что считается, а что не считается, - совсем разбушевалась я. - Ты посмотри, как ты одет!

- А как я одет? - удивился он.

- Вот именно! - заорала я. - Как ты одет! В смысле, во что!

- В черные джинсы, - очень осторожно сказал Сергей.

- Ну да! В твои чертовы компьютерные черные джинсы, в которых я тебя вижу уже черт знает сколько времени! И в эту чертову майку с этой чертовой надписью "Фидо - есть", чтоб оно все сдохло! Я что, за все Фидо замуж выхожу? - орала я уже во весь голос.

- А-а-а-а-а, - догадался Сергей. - Так ты из-за моей майки с джинсами раскипятилась! Ир, ты очнись или водички холодной выпей. У нас сегодня не свадьба! У нас сегодня - подача заявления. Приходим, заполняем заявление, расписываемся, получаем день и час свадьбы - и все. Свободны. Ни тебе ресторана, ни тебе толпы друзей с поздравлениями. Все это будет, но не сегодня.

- Вот я о чем и говорю, - сказала я тихо и совершенно безнадежным голосом, - что тебе - все равно. Что подача заявления, что поход за пивом, что Комтек, что поход со мной в театр. Тебе - наплевать. Потому что ты - бездушный эгоист, и я совершенно не понимаю, почему ты вдруг решил на мне жениться. Женился бы на своем компьютере или на своей Фидо с Интернетом - так было бы правильнее.

- Ир, - примирительно говорит он, - не кипятись. Смотри, какой я тебе букетик принес, - и протягивает мне то, что в его интерпретации называется "букетиком".

- Что это? - безнадежно спрашиваю я, глядя на уменьшенный в пять раз макет веника из так называемых "цветов".

- Букет цветов, - отвечает этот негодяй, и ни один мускул на его лице даже не дрогнул от такой чудовищной лжи.

- Сережа, - говорю я ему. - Ты когда-нибудь настоящие цветы видел?

- А эти - какие?

- Эти - никакие. Это вообще не цветы. Это отходы цивилизации под названием "лютики-за-пять-рублей-у-бабульки-возле-метро". Вот рядом с этими бабульками есть киоск, где торгуют ЦВЕТАМИ. Там так и написано - "ЦВЕТЫ". Причем написано по-русски и большими буквами. В следующий раз если тебе придет в голову подарить мне цветы, ты мне лучше дари те цветы, которые продаются под вывеской "ЦВЕТЫ", а не у бабульки возле метро. Договорились?

И тут я понимаю, что уже переборщила со своими выступлениями, потому что Сергей этот "букет" швыряет куда-то по направлению к метро, ни слова не говоря разворачивается и уходит куда-то по направлению к шоссе. И тут я обращаю внимание на то, что на ногах у него - вычищенные ботинки, а не обычные дурацкие кроссовки, что джинсы он явно пытался погладить, хотя и не очень получилось, и что майка - явно постирана максимум два дня назад, а не в прошлом году. Да и на голове наблюдается нечто похожее на укладку, что с его стороны - настоящие подвиг, потому что у Сергея дома валяется какой-то древнейший фен, предназначенный для сушки головы сразу целиком с помощью специальной насадки, которая давно потеряна. И чтобы уложить голову этим феном, его приходится держать двумя руками и аккуратно носить вокруг головы. Удовольствие - ниже среднего, потому что он весит как ведро с водой, да и напор у фена такой, что волосы с головы сдувает.

Короче говоря, мне стало стыдно, что я на него так наорала. Ведь он действительно готовился к мероприятию, а я просто сразу этого не разглядела. И цветочки даже купил. Конечно, паршивые и дешевые, но мужики в цветах все равно ни черта не понимают. Они считают, что если покупают нечто, что формально может называться термином "цветы", то мы уже должны прыгать от радости. Впрочем, ничего не поделаешь: их надо учить, учить, учить и учить. Такие уж они от природы.

Поэтому я побежала за Сергеем, догнала его и некоторое время молча шла рядом с ним.

- Сереж, - наконец, сказала я. - Мы заявление сегодня будем подавать или нет?

- Не знаю, - пробурчал в ответ он. - Мне сначала надо хорошенько подумать. Если ты устраиваешь скандалы по совершенно пустяковому поводу еще до подачи заявления, то интересно - в какой ад превратится моя жизнь после женитьбы.

- Ага, - говорю я. - То есть ты боишься трудностей и считаешь себя слабохарактерным червяком?

- Это еще почему? - удивляется он.

- Да потому, - объясняю я. - Подумаешь, наорали на него за этот чахлый букетик. Наорал бы сам в ответ. Мне же надо было пар выпустить по тому поводу, что я тебя ждала двадцать минут.

- Четыре минуты, - поправляет он.

- Двадцать, - говорю я. - Я пришла на пятнадцать минут раньше.

Сергей останавливается и внимательно смотрит на меня. Потом говорит:

- Значит, ты считаешь, что я опоздал на двадцать минут, потому что ты пришла на пятнадцать минут раньше срока?

- Конечно, - уверенно говорю я. - Мог бы и пораньше прийти. Сегодня же день подачи заявления, а не какой-нибудь паршивый культпоход в кино.

Сергей начинает хохотать, как безумный.

- Очень смешно, - говорю я язвительно.

Он начинает еще больше хохотать.

- Сейчас пупок развяжется, - объясняю ему я, начиная снова злиться. Чего он ржет, как крокодил?

Наконец, Сергей успокаивается.

- Нет, - говорит он, - женская логика - это что-то невероятное!

- Молчи уж, - говорю я ему. - Это вы все усложняете. И динозавра у вас встретить - одна десятимиллионная, когда на самом деле - пятьдесят процентов.

- Ой, - стонет он, - не напоминай, а то пупок точно развяжется.

- Короче, - говорю я. - Если мы идем подавать заявление - вперед и даже рысью. Если не идем, тогда до свидания, у меня еще сегодня много дел.

- Какие это у тебя дела? - подозрительно спрашивает он. - Мы же заявление собрались подавать? Что это у тебя за дела?

- Почему это у меня не может быть каких-то своих дел? - возмущаюсь я. - Заявление подать - пятнадцать минут. Ну а дальше я занимаюсь своими проблемами.

- Так вот какое у тебя наплевательское отношение к подаче заявления! - начинает возмущаться он.

- Молчи уж, - говорю я. - На свою майку дурацкую посмотри.

- У меня - только майка, - парирует он, - но никаких дел на сегодня я не назначал. - Зато у тебя - формальный подход. Оделась, конечно, как на праздник, но после мероприятия надумала смыться. Так вот кто наплевательски относится к этому события! Правду-то - не скроешь!

- Слушай, - говорю я, - мне эти ляй-ляй конференции уже надоели. Вот тебе последний шанс: или идем подавать заявление, или бай-бай.

- Сама, главное, начала, а сама же еще и недовольна, - заявляет Сергей, но разворачивается и послушно топает в сторону загса.

Не буду долго томить, заявление мы все-таки подали. И день свадьбы нам назначили. На конец августа. Причем Сергей, оказывается, даже и не представлял, как проходит процедура подачи заявления, потому что все время пытался тетке, выдающей бланки, объяснить, почему он решил жениться, какие у него планы на будущее и так далее. Я даже устала его ногой под столом пинать. Наконец, мы вышли из загса, держа в руках выданные бумажки.

- Ну чего? - спросила я Сергея. - Какие у тебя планы на сегодня?

- Планы? - задумался он. - Да мне, вообще-то, хорошо бы на работу вернуться, а то я отпрашивался всего на час.

- А чего тогда орал, что я после загса куда-то собралась? - поинтересовалась я.

- Кто орал? - в глазах Сергея - искреннее недоумение.

Я тяжело вздохнула.

- Ладно, езжай на работу, а вечерком созвонимся.

- Ну, пока, - сказал Серега, клюнул меня в щеку и помчался.

Вечером пришел с работы папулька, и я ему сообщила, что заявление подано и день свадьбы назначен.

- Поздравляю, - сказал папулька. - Теперь надо свадьбу готовить.

- Этим тоже Сергею надо заниматься? - обреченно спросила я.

- А то кому же? - удивился папулька. - Я, конечно, мероприятие в должной мере профинансирую, но все решительные шаги - на нем. Так полагается.

Я тяжело вздохнула - дожить бы до этой свадьбы. Впрочем, сама напросилась, так что кого уж в этом винить...

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Слушай онлайн:

НАША КНОПКА
Мы будем Вам признательны, если Вы разместите нашу кнопку у себя на сайте.

ПОРЖИ.РУ - Портал юмора, приколов и развлечений!
Добавить в избраное
В Избранное